С Министерством природных ресурсов лучше?

mprВ г.Мальме (Швеция) проходил Глобальный форум по окружающей среде. В нем приняли участие “экологические” министры разных стран. Нетрудно догадаться, что в свете последних решений нашего Президента Россию представлять, по сути, было некому. Роль эту вынужден был играть заместитель Министра природных ресурсов Иван Глумов.
Очевидно, что главной задачей И. Глумова было убедить высокое собрание в том, чтоликвидация экологических ведомств ничего не изменит: в Министерстве природных ресурсов (МПР) полно убежденных “зеленых”. Речь была тщательно выверена и снабжена полным (зачастую, даже излишне полным) набором экологических лозунгов. И, возможно, некоторые слушатели таки поверили оратору в силу своей неосведомленности о приемах идеологической обработки, которые десятилетиями совершенствовали советские/российские бюрократы.

Однако из-за трескучих слов “за экологию” аршинными ушами торчали истинные намерения руководства МПР.
И. Глумов заявил, что изменение структуры правительства – факт крайне положительный, так как появилась возможность “объединения и концентрации усилий по охране окружающей среды… в рамках единого государственного органа управления, располагающего высококвалифицированным кадровым и научным персоналом и более мощной технологической, экономической и информационной базой…”
Конечно, среди сотрудников МПР есть специалисты, имеющие отношение к экологии; есть библиотека, солидное финансирование (где ресурсы – там и деньги), подразделения в регионах. Все так, но… Специалисты по организации добычи нефти никогда не смогут квалифицированно бороться с ее разливами. А что до информационной базы, то только полный профан может предположить, что МПР имеет более эффективную сеть сбора экологической информации, чем Госкомэкология. Тут даже обсуждать нечего.
Рекламируя свое ведомство, И. Глумов приписывает ему чужие заслуги: “Министерством природных ресурсов осуществляется большая и целенаправленная работа по формированию нормативно-правовой базы: приняты Государственной Думой и введены в действие Законы РФ:… “Об охране окружающей среды”, “Об особо охраняемых природных территориях”, “О животном мире”, “О растительном мире”…”.
Однако закон “Об охране окружающей природной среды” (заместитель министра неточно указывает его название) был принят, когда МПР не существовало даже в головах чиновников. Все вышеперечисленные законы, исключая закон “О растительном мире”, которого пока не существует, готовила Госкомэкология РФ.
Однако перейдем к “оговоркам по Фрейду”.
И. Глумов: “… будут полностью исключены всяческие межведомственные трения по поводу разграничения функций и компетенций”.
Несомненно, они будут исключены: все пойдут в ногу, в одном направлении, куда покажет нерушимый блок “МПР-Нефтяники-Лесорубы-Рыбаки-Золотодобытчики…”.
И. Глумов: “Основными функциями МПР России в настоящем и в будущем является достижение… паритета между интересами ресурсодобывающего сектора… и сохранением удовлетворительного состояния возобновляемых и невозобновляемых видов природных ресурсов…”
Неуклюжая, но весьма показательная фраза. Как видно, с точки зрения руководства МПР, вся их экологическая работа должна быть сосредоточена на сохранении ресурсов. Качество же воздуха, которым дышит человек, воды, которую он пьет, чиновников не интересует.
И в заключение – о главной фразе, в которой, собственно, и заключена основная мысль, главный принцип, руководство к действию.
И. Глумов: “Последовательное развитие ресурсодобывающего сектора России… является единственным масштабным источником притока в страну инвестиций и технологий, способных вывести национальное хозяйство из состояния структурного кризиса и превращения России в высокоразвитое государство…”
Оставим без комментариев очередное проявление трудностей с русским языком. Это ерунда. Страшно то, что на весь мир заявлено – Россия остается “ресурсной колонией” и будет таковой еще многие годы. Улучшит ли это жизнь россиян? В МПР уверены, что улучшит. Но их слова – это лишь сотрясение воздуха. Реальность доказывает, что инвестиции в разработку природных богатств почти всегда оборачиваются усилением наступления на природу и новыми смертями отравленных людей. Куда же пойдут деньги, заработанные на выкачивании российских природных ресурсов, никому объяснять не надо.
Каков же вывод? Как ни крути, а получается, что российскую природу отдали на разграбление, как в средние века отдавали город взявшей его армии.