ЧИСТИЛЬЩИК

musor ochistkaЭтот человек в одиночку “чистит природу”, когда другим недосуг

На заре перестройки российским обществом владели самые странные иллюзии. Так, почему-то все были уверены, что стоит растащить коллективное хозяйство на мелкие наделы и на скудной подмосковной земле, в нашем суровом и неуравновешенном климате, земледелиеи животноводство начнут давать бешеные сверхприбыли!Увы, теперь-то мы знаем, что из сотен фермеров-энтузиастов “выжили” единицы – да и то лишь те, кому помогли какие-то особые обстоятельства, типа рядом расположенной областной больницы, готовой закупать весь урожай “на корню”. Остальные, помучившись годок-другой, плюнули и занялись другим делом. Я знаю людей, далёких от сельского хозяйства и преуспевших на совсем ином поприще, у которых до сих пор “болтается” где-то и зарастает травой фермерский надел, так и не сданный обратно в земельный фонд района, потому что процедура уж больно муторная.

Алексей работал на очистных сооружениях. Но не на простых, а на таких, которые должны были очищать навозные стоки животноводческого комплекса. Если вы знакомы немного с системой столь популярного в прежние времена гидросмыва, то вам не надо объяснять, что подобные очистные сооружения нигде не работали и работать не могли. Жижа, в которой на 99% бесполезно угробленной артезианской воды приходился 1% навоза, сливалась в итоге в огромные иловые карты, где отстаивалась, и упомянутый 1% всплывал наверх в соответствии с законом природы, согласно которому “оно” не тонет. В сухой год навозосодержащие стоки помаленьку уходили вниз, пополняя собой артезианские горизонты, – ещё много лет жители окрестных населённых пунктов, открыв водопроводный кран, будут вдыхать этот незабываемый запах; а в сырой год, когда набрякшая земля лишней влаги не принимала, уровень жидкости в картах поднимался, и тот самый 1% подобно лаве переливался через обваловку и тёк по рельефу, помаленьку высыхая, застывая, образуя залежи и месторождения…

Алексей понимал бессмысленность своей работы – а тут ещё и деньги перестали платить. Выход был очевиден: забрать свой пай акционера – и в фермеры!О, эти “войны диадохов” районного масштаба! По накалу страстей они не уступали разборкам осиротевших соратников Александра Македонского. Напрягши свою недюжинную сообразительность, невесть откуда взявшийся ораторский дар и волю к победе, Алексей вырвал из тела умирающего совхоза 6 га не самой худшей земли (по 3 га – на себя и на сына) и тракторишко “Беларусь”. Оформил фермерское хозяйство и начал хозяйствовать. Но, увы, не было ни сверхприбылей, ни прибылей, ни просто денег на покупку семян и горючего…И тогда Алексей вспомнил родные свои очистные сооружения, которые худо-бедно кормили его раньше, может, и теперь прокормят? И вот уже колесит “Беларусик” по дачным товариществам, растущим везде, как грибы после дождя, и предлагает Алексей вдруг потянувшимся к земле москвичам прекрасное удобрение – не какой-нибудь вонючий жидкий навоз, а полноценный перегной.

И дачники берут, вовсю берут!Откуда наш фермер брал это чудо-удобрение, объяснять не надо, надеюсь?Директор агонизирующего совхоза заприметил новоявленного коммерсанта и попробовал на него “наехать”: на чьём навозе наживаешься, ворюга? “А ты подай на меня в суд, – ответил Алексей, – пригласим комиссию, посмотрим, откуда сия субстанция берётся и в какой ручей путь держит. Районный комитет экологии в комиссию пригласим, пусть поглядят на твою водоохранную деятельность”.Директор угомонился…А Алексей на вырученные деньги приобрёл элитный посадочный материал картофеля, кой-какую сельхозтехнику и даже завязал некоторые взаимодействия с учёными-селекционерами, потому что хозяйствовать хотел он не абы как, а по самому высшему разряду. По весне вспахал свой надел, забороновал, посадил картошечку. С погодой повезло – картошечка уродила. В благодатном Черноземье картошечка уродила тоже, и привезли её в Москву видимо-невидимо. Алексей пробовал продать свой урожай дёшево, хоть по себестоимости, потом совсем дёшево, чтобы хоть что-то вернуть…

Увы, у фермера-одиночки не было хранилища, чтобы придержать своё богатство до весны и продать дорого. Половина урожая не была куплена вообще – так в буртах и ушла под снег.Моральный и материальный ущерб залечивать пришлось с помощью того же эликсира “девяносто девять к одному”. Совхоз к тому времени окончательно развалился, коровушек на ферме уже не было, но месторождения экологически чистого удобрения остались.Жизнь наша повернула в другую сторону, я, как и многие, сменила работу и несколько лет ничего не слышала об Алексее. Порой, проезжая мимо его поля, с грустью видела, как зарастает оно травой, а потом юными берёзками – как и многие поля Подмосковья.

И вот, взаимодействуя с одной серьёзной организацией, специализирующейся на приёме и переработке чёрного металла, услышала про одного мужика, который на тракторной тележке чуть ли не каждый день, а то и несколько раз на дню привозит тонну-другую металла и имеет с этого в месяц тысячу баксов, а то и полторы. Кто бы это мог быть – догадались?Алексей поседел, но в целом не изменился, сменил трактор – на такой же, как и раньше, только поновей. Новая специализация его возникла постольку, поскольку возникла эта самая металлоперерабатывающая фирма, которая владеет новыми технологиями и принимает не только толстые “болванки”, как раньше, а берёт всё – вплоть до кузовов брошенных легковушек. Хотя и с “болванками” проблем нет – ему ли, исколесившему район вдоль и поперёк на своём верном “Беларусике”, не знать тех мест, где догнивают бывшие совхозные сеялки да веялки; ему ли не знать тех свалок, на которые тот же побогатевший дачник сваливает старую бытовую технику – особенно хороши стиральные машины дореформенного выпуска, металла в них много, не то что в современных, и какой металл – нержавейка!

А вечно горящие придорожные мусорные площадки? Когда такая площадка потухает – в силу дождей или временного недостатка мусора, – из золы “прорастает” до полутонны разного металла, подъезжай и грузи! “Кормовая территория” Алексея – радиусом километров десять от дома. Больше-то и не надо, да и невыгодно на тракторе дальние ходки делать.А если какой владелец территории крякнет, всегда можно ответить ему, как тому директору, – ну, давай комиссионно посмотрим на твоё обращение с отходами! Хорошее заклинание. Действует.Брошенных легковушек по нашим лесополосам валяется – и не сосчитаешь. Так что за будущее Алексея я спокойна. Хотя, может быть, он скоро бросит этот промысел и займётся отработанными покрышками: недавно один коммерсант высокого полёта обещал, что построит в этих краях резиноперерабатывающий завод и будет принимать покрышки по более высокой цене, чем дают за тонкостенные легковушки и газовые плиты.

Словом, пожелаем Алексею удачи в поиске новых, нетрадиционных способов добывания пропитания из вещей брошенных, никому не нужных и даже всем мешающих – из отходов, словом. Хорошее ведь дело человек делает – природу чистит. Больше-то её чистить особо некому…

 

Ольга ШЕВЕЛЁВА