УРАЛЬСКАЯ ВОДНАЯ ГОРНОЗАВОДСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

reka ural
Урал – третья по протяженности река Европы (после Волги и Дуная).

Для выплавки железа нужны были мощные меха (подача воздуха), для ковки – тяжёлые молоты, для изготовления пушек – сверлильные установки. Источником механической энергии тогда могла служить только вода. Выбрать же место для сооружения гидроустановки, “где все мануфактуры – ручные производства – будут водою действовать”, т.е. место для возведения плотины, которая создаст падение воды, образует регулирующее сток водохранилище и обеспечит круглогодичную подачу воды на двигатели-колёса, можно было только на реке.

И сделать это было значительно труднее, чем найти площадку для самих заводских помещений. Так, в частности, на реке Исети первая плотина (находящаяся ныне в центре Екатеринбурга) образовала совсем небольшое водохранилище. Зимой колеса работать не смогли, пришлось выше по реке строить ещё одну плотину (ныне Верх-Исетскую), и только в результате этого “сделалось озеро окружением вёрст на тридцать”, благодаря чему “и могли работать пятьдесят колёс целый год без остановки”.Первая уральская гидроустановка на р. Нейве для казённого Федьковского “железоделательного” завода была введена в действие в 1701 г.

Вскоре выяснилось, однако, что место для плотины у Федьковки выбрано неудачно, пришлось строить на той же реке другой завод – Невьянский.В дальнейшем на строительство каждого завода, а главным образом гидроустановки при нём, направлялись опытные и особенно способные люди. Так, на Каменский завод “был присланный из Тобольска плотинный мастер Ермолай Неклюдов”, на Синячихинский “для показывания, как плотину строить был старший мастер Пожаров”, на гидроустановке для Ягошихинского завода “у строения были из швецкой нации капитан Бергин да с ним саксонец старший мастер Цымерман”.В Сысерть “смотреть, где бы можно плотину и завод ставить, послан ундер-маркшейдер Татищев”.Так стало зарождаться на Урале сложное водно-энергетическое хозяйство, начали появляться первые специалисты-гидроэнергетики.На Урале строительством гидроустановок занимались и иностранные специалисты, опыт которых стремился перенимать русский царь. Однако очень быстро обнаружилось, что практику гидроэнергетического строительства нельзя механически переносить из Западной Европы в своеобразные и резко отличные физико-географические условия Урала, приёмы использования водной энергии также оказались непохожими на западноевропейские.Массовое строительство небольших водохранилищ началось в конце XVII столетия. К середине XVIII века только на реках горнозаводской части Урала уже существовало около 160 водохранилищ, а к середине XIX их стало 230. Кроме того, были созданы сотни небольших мельничных прудов.В результате Урал превратился в центр горнозаводской промышленности страны, стал кузницей, снабжающей вооружением армию и флот. Благодаря успехам уральской промышленности Россия уже к 40-м годам XVIII века по выплавке чугуна обогнала Германию и Великобританию и приближалась к уровню Швеции.

В настоящее время сохранившиеся гидроузлы (их насчитывается около 200) потеряли своё прежнее энергетическое значение, но всё ещё играют большую роль в хозяйстве Урала, снабжая водой промышленные предприятия, города, сельское население. Компоновка и расчёты старых гидротехнических сооружений умело учитывают все специфические особенности Урала – гидрологию, рельеф, суровый климат и др. Уральские плотины, по выражению академика В.В. Давилевского, представляют собой “классические образцы не только для русской, но и для мировой техники того времени”.Трудно описать все красоты Урала. Скажу лишь, что реки – это не только живительная влага для его населения, сырьё и энергия для заводов. С ними связана частица истории. Недаром уральские писатели с такой любовью рисуют в своих произведениях природу нашего края, неотъемлемая часть которой – реки. Помните у П.П. Бажова: “…Здравствуй, матушка Сысерть с крутыми горами! Здравствуй, быстрая река, с тёмными борами!Так пела “мастеровщина” о своём заводе и речке.

Гор, правда, там нет, но небольшие увалы, остроги Уральского хребта, густо покрытые сосновым лесом, со всех сторон окружали завод и так “ловко стали” около речки, что дали возможность легко её запрудить.Четыре заводских пруда имеются на этой маленькой речке: Верхнезаводской – самый большой, Сысертский, на котором стоит главный завод округа, Механический и Ильинский” (Бажов, избранное, СУКИ, 1978, с. 305).Трудно переоценить значение Урала в истории Российского государства, его роль в годы становления и развития социалистического Отечества. В тяжёлое время войны здесь ковалось оружие для великой победы. Тогда с западных районов страны сюда была эвакуирована вся промышленность.

Но всё это в совокупности в конечном счёте значительно подорвало воспроизводственную способность природы Урала, она “стонет” и погибает, вся исковерканная и загрязнённая. Сегодня Урал – самая глубокая экологическая рана страны. “Опорный край державы, её добытчик и кузнец” оказался брошенным державой на самовыживание. Урал пример не только индустриальной мощи, но и технократического экологического варварства. И расплачиваются за всё это ныне живущие здесь люди, расплачиваются своей жизнью и здоровьем. И расплачиваться придётся ещё долго-долго.Что уж про своих-то, если наш хром начал “покусывать” турок на южном побережье Каспия, “проплыв” водою по Чусовой-Каме-Волге в Каспий, а канадцы фиксируют уральские тяжёлые металлы и радионуклиды, “приплывающие” водным путём через Обскую речную систему и северные моря к берегам Канады.И когда политики с гордостью говорят о начавшемся подъёме промышленности Урала (а происходит это, замечу, на старой технологической основе), то и представить себе не могу, к каким бедам это приведёт, если не опомнимся.