Есть такая профессия – лес защищать

Когда в мирное время лесники получают медали <За отвагу> – это страшно! Когда самая лесная держава закупает гофрокартон за рубежом – это позор! 

О жизни и проблемах лесов Кубани рассказывает начальник отдела лесопользования и лесовосстановления КПР по Краснодарскому краю МПР России, главный лесничий, заслуженный лесовод Российской Федерации, кандидат сельскохозяйственных наук Евгений Иосифович ЗЕЛЕНКО.

– Евгений Иосифович, в последнее время много говорят о проблемах лесного хозяйства Краснодарского края, о массовых незаконных порубках и не только: Хотелось бы <из первых рук> получить информацию о том, как обстоят дела на самом деле.
– Краснодарские леса – это леса уникальные. Они состоят из ценных пород и особо ценных пород. Ценные породы – это дуб, ясень и бук. Есть постановление Правительства РФ от 5 января 1999 года № 18 <О государственном регулировании при заготовке, вывозке и экспорте ценных древесных пород>, которым предусмотрено лицензирование экспорта ясеня, дуба, бука. Но при этом совершенно забыли о высокоценных породах, произрастающих в Краснодарском крае: это каштан, клён белый – явор, а также груша, черешня. Они не попали в перечень ценных пород как раз по причине своей редкости. Руководство нашего края несколько раз обращалось в Правительство РФ с предложениями о включении этих пород в перечень, но до сих пор к нашим предложениям не прислушались. Поэтому нам пришлось искать свои пути для защиты этих пород. Порой наши региональные документы вступали в противоречие с федеральными, приходилось отменять, мы долго ломали головы над этой проблемой. Наконец, 20 июля 1999 года выпустили приказ о запрещении рубки по санитарному состоянию каштана, груши, черешни. Этот приказ и сейчас действует.
– Даже санитарных рубок?
– Да, даже санитарных. Поясню, для чего это сделано. Санитарные рубки были только прикрытием. Получали ордера на заготовку сухостоя или валежа, а на самом деле рубили что хотели. После этого приказа рубка каштана сократилась существенно, но всё же имела место.
– А какова цена на эту древесину?
– Наше Законодательное собрание установило цену за кубометр деловой древесины каштана 5 тыс. рублей.
– А на чёрном рынке?
– Не могу сказать, нет сведений. Сейчас приняты очень жёсткие меры по пресечению и предупреждению этих рубок, случаи крайне редки. В настоящее время такого рода деятельность чаще происходит по поддельным документам через Карачаево-Черкесию или другие северокавказские республики, хотя там нет этих пород, о чём мы неоднократно сообщали в следственные органы.
– Мне рассказали, что недавно гражданину Турции наш суд определил срок в 10 лет за организацию подобной деятельности. Это действительно так?
– Да, это так. Боремся с незаконными рубками. Единственный показатель, который объективен, – это количество выловленных лесонарушителей. У нас такой показатель – от 50 до 70%. Это достаточно высокая цифра, даже за границей выявляется на уровне 40%. Но дело в том, что выявленные нарушения передаются следственным органам, так как сами вести дознание мы не имеем права, можем только составить протокол. Дальше начинают допрашивать лесников, все это требует много сил и времени, и в конечном счёте страдает от всего этого больше тот, кто поймал, чем тот, кого поймали. Допустим, проявили стойкость, довели дело до суда. Суд рассматривает: И что же? Из 25 миллионов рублей нанесённого ущерба по прошлому году суды взыскали всего: 4 тысяч рублей. А почему? Постараюсь объяснить. Давайте посмотрим, чьими руками осуществляются эти рубки. Когда-то наш профсоюз (вместе с Адыгеей) насчитывал 70 тысяч членов. А сейчас осталось 20 тысяч. Бывшие наши ударники коммунистического труда живут в лесных посёлках, где другой работы нет. Раньше в крае заготавливали от 1,5 до 3 миллионов кубометров древесины, рубки производились грамотно. А потом людей бросили на произвол судьбы, им стало нечем семью кормить. И нанять их – проще простого. А вот того, кто их нанимает, очень трудно привлечь к уголовной ответственности. Доказать что-либо в отношении его почти невозможно, и это проблема не только Краснодарского края. Я был недавно на совещании в Москве, где встречались лесники со всей страны. Так вот, такая же обстановка и в Твери, и в Красноярском крае, и особенно в Приморье:
– Но в Краснодарском крае, как говорится, сам Бог велел лес воровать, ведь вывезти его с черноморского побережья просто, легко и удобно.
– Да, у нас особенно тяжёлое положение, потому что ценные породы произрастают в непосред